Ivan III Subdues Novgorod Uprising

“он распределся отрубить головы более выдающимся из вождели Товской партии, которых застал. Василий Губе, Сухощевку, Орзубьеву, Григоровичу, ну и так далее тому подобное. То есть до 50 лучших пленных. Он еще отправил в Ваковах в Коломну и посадил в Серьму. Разбитый над вине князь Шуйский, а гребенка разорзился в Новгород. Вот и борьба в Новгороде достигла крайных пределов. Когда Иван Третьий подошел уже прямо к Новгородским стены.”

“достигла крайных пределов. Когда Иван Третьий подошел уже прямо к Новгородским стены.”

“Когда Иван Третьий подошел уже прямо к Новгородским стены. Новгород оказался безогнистельным оружием, а король Козимир, которого они просили помощи, и магистрия Ливонского Ордена отказались помогать. Итак, не до сета хлеба в Новгороде лишал надежды на возможность предложительного сопротивления. И партия мира взяла вверх. И Владыка Феофил и старые посадники, кому еще голову не отрубили, решили простить мира. Но они, малого рыбалка, были оштрафованы на пи...”

“Иван Третьев взрослся в Москву. А вот. В этот раз он не тронул Сибью Марфы. Не из-за призрения к слабой женщине, Саш. А он просто не считал пока удобную нарушить стройно в гротской жизни.”

“Ну и по случая из договора из 50 тех славных людей 30 отпустил на волю. Такая амнистия, правда, не для всех. Это был 71-й год. А в 75-м году в Новгороде на улице Славкой и Никитской были побиты ноги и боярия. А вот, да, и с другой стороны простые люди Новгорода подали жалобу Ивану III на новгородской власти.”